Показаны сообщения с ярлыком Стихи о детях. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Стихи о детях. Показать все сообщения

Стихи о детях.

МАРИНА МАКСИМИК


Шли облака полям наискосок.
Бежала девочка на речку с полотенцем
И на бегу срывала поясок...
А мне казалось, что бежит от детства.
Гладь вспенила, всю радость расплескав.
Шипели брызги на боках у солнца!
Когда-нибудь вот так наверняка
Ликующе в чужую жизнь ворвется.




АНАТОЛИЙ БЕРГЕР



* * *


Мне девочка лет четырех-пяти
Вдруг протянула ласково ручонку
И говорит: «Пойдем». Нам по пути
И вправду было.
Руку дав ребенку,
Подумал я, — а шли мы вдоль ручья:
Одни лишь дети малые на свете
Так руку подают, не зная, чья
Протянется навстречу.
Только дети.
Ручей сопровождал нас.
Птичья звень
То затихала, то вздымалась жадно.
Мне кажется, я чувствовал весь день
Тепло ладони детской
безоглядной.




ЛЕВ МОЧАЛОВ



СПЯЩЕЙ ДОЧКЕ


Моя.
Еще совсем моя.
Я тихонько
беру тебя на руки,
под подушку кладу подарки.
И, к щеке
щекой прикасаясь,
плечико
накрывая худенькое,
я тебя называю —
заяц,
я тебя называю —
кутенька,
я тебя называю — ежик,
я тебя называю — синица.
Ничего тебя не тревожит?
Ничего плохого не снится?
Кто узнает?
И кто ответит?
И во сне хватает обид.
Может, снюсь я тебе
медведем,
что над ухом
жадно сопит?
Что, обдав
дыханьем горячим,
съест тебя.
И станет темно...
Но бессмертно
сердце ребячье,
часто-часто
стучит оно.
И, дыхание затая,
я слежу,
как, раскинув руки,
ты летишь сквозь грозы и вьюги
в недоступные мне края...
Моя.
Еще совсем моя.





ГЕРМАН ГОППЕ



НА УЛОЧКЕ У ПЛАВАТЕЛЬНОГО БАССЕЙНА


Поодиночке, парами, стайкой,
Мокрые челки не спрятав под шапки,
Хозяева завтрашних дней и хозяйки
Влетают в ветер, а бабушкам зябко.
Зябко за внуков, которым жарко.
«Не застегнулся! Да где же твой шарфик?!
Ты ведь ангину получишь в итоге!»
. ..Только б такие на свете тревоги.
Новые стайки и новые пары.
«Ваша-то, ваша-то, вон, побежала!»
Ахают бабушки.
Репертуар их
Более древний, чем книга жалоб.
Снега веселое круговращенье.
Неповторимое повторенье.
Что же я встал и стою, как прикован:
Дети выходят.
Ну что здесь такого?
Дети выходят, снежинки на челках,
Ветер не сильный.
Тревога, о чем ты?
И понимаю,
и ощущаю
То, что в слова уместиться не может.
Слов не найдется таких окаянных.
Разве сейчас ты не замер, прохожий,
Там,
на другом берегу океана?





ВЯЧЕСЛАВ ЛЕЙКИН


* * *

Наши дети печальны, беспечны, нетвердоголовы,
Подавай им послаще, почаще, помягче стели,
Густокровы они, острословы они, кайфоловы,
Наши прописи им заменяют вполне костыли.
Наши дети хотят, чтобы их понимали, внимали
Бородатой бредятине истин, неведомых нам,
Чтобы нам, отражаясь в глазной их глазури, эмали.
Быть лишь символом долга, добавкою к их именам.
И красивы они, и талантливы. Видно, в ударе
Были мы, их родители, в ту сокровенную ночь,—
Мы, родители их, некрасивые мелкие твари,
Изваявшие чудного сына, прелестную дочь.
Мы в них всадим все то, в чем, увы, преуспеть не успели.
Будет музыка, слава, атлетика, много еды,
Будут музы, надежды, юпитеры, кисти, скарпели,
Репетиторы, метры, враги, ощущенье среды.
Пусть на темени редковолосом дыханье итога,
Пусть чиновная сволочь нас хлещет по вялым щекам,
Там, где мы. растеряли себя, и удачу, и бога,
Там они, наши дети, заплатят по нашим счетам.
Вечереющим оком долбя запредельные дали,
Но еще не избыв до конца окаянных страстей,
Скажем сами себе, что уж тем свою жизнь оправдали,
Что себя потрошили и грабили ради детей.
Но, все чаще блуждая по черным, как вечность, излукам,
Озираясь, робея, наивно плетя виражи,
Вдруг увидим, почувствуем, как они мстят нашим внукам
За бездарную душу свою, порождение лжи.






НИНА АЛЬТОВСКАЯ




ВЕСЕННИЕ СТРОКИ


По набережной девочка идет,
ладошкою касаясь парапета.
В капроновое облачко одета,
она себе тихонечко поет.
О чем она?
Пока что ни о чем.
Слова еще становятся словами.
Припомнят алый обруч над плечом —
в послушный круг свернувшееся пламя
А ветерки летят со всех сторон,
о чем-то шепчут, что-то обещают,
и каменный, решительный Плутон
нагую Прозерпину похищает.
Замедлив шаг, глядит на изваянья
(так в зоопарке смотрят медвежат),
и крылышками белые воланы,
топорщась, на плечах ее дрожат.
И вся она, как стеклышко, сквозная,
и любопытства вся она полна.
Я знаю, эта девочка земная —
и все-таки бессмертная она!
Не спорьте с очарованной со мною,
смотрите! —
сквозь веков круговорот
над синею, над чистою волною
по набережной девочка идет.



ЯНВАРОЧКА


По белому следу,
по первому снегу,
дыханьем метельная,
приехала доченька —
выпала радость недельная!
Все топятся печи,
все лампы возносят сияние,
частушечной речью
подружки зовут на гуляние.
Она поотвыкла от старого
дробного топота,
взмахнет рукавом —
вылетают мелодии Сопота!
Крутясь, приседаючи,
пляшут подросточки шустрые.
«Теперича... Давеча...» —
шепчут старухи злоустые.
Пляши, озорная,
враструску,
врастряску,
вразвалочку!
Забуду ль тебя,
тараторку,
танцорку-январочку?
И ты не забудь моих песен
дремучую негу,
когда унесешься
по белому следу,
по новому снегу.




АЛЕКСАНДР РЫТОВ



ТИШИНА


Из бухенвальдов в сумерки густые
Идут, идут ботиночки пустые
Тенями, замерзая на свету,
Годами, бесконечными рядами,
Ночами и ночными городами,
Всё маленькие туфельки идут.
Вдоль улиц, тишиною напряженных,
На площадях, туманом оглушенных:
«Тук-тук... Шлеп-шлеп!» — и шарканье, и всхлип
Они идут... Не верьте праздным листьям,
Порывам ветра судорожным, рысьим,
Речной струе под плавниками рыб!
Быть может, ими бредят города...
Быть может, ночь — несвязанная совесть,
Которая извечно молода?
И не во сне ли вскрикнул дальний поезд?
И не от них ли, тайно беспокоясь,
В спокойной Эльбе вспыхнула вода
Зеленым всплеском в сиром
предрассветье?
Ботиночки, а где же наши дети?
...И у витрин в безмолвии встают
На цыпочки и смотрят на медведей
Так, будто все тепло тысячелетий
За стеклами нашло себе приют!
И, что-то безнадежно вспоминая,
Нездешними зовут их именами...
И так же явны, как неона купол,
Как волосы капроновые кукол
Сосем как настоящие! — как их,
Тех кукол, настоящая посуда,
Кроватки под перинками, простуда —
Как настоящая, совсем как у живых!
Мое сознанье, загнанное в угол,
Среди ревущих вновь сороковых...
О, подлое всегда «не может быть»!
Где наши дети, бывшие живыми?
В каком лесу, в какой они пустыне?
Не много ли преступной тишины им?
Как смели мы так мало их любить,
Что допустили воплощенье бреда
То лето — лишь похожее на лето?!







 ЛАРИСА НИКОЛЬСКАЯ




М. С. АНОХИНОЙ

Собирала посылки
И письма писала,
Из Якутии в отпуск ждала.
Вспоминала:
А все ли сыну сказала?
Во всем ли ему помогла?
Просыпалась ночами от тихого:
«Мама!»
Так он виделся ясно в тиши ей...
Дети — всегда маленькие.
Даже если уже большие.
Но писем не стало новых.
Лишь старые вы храните.
Негромкое имя сына
Выбито на граните.
Собирала посылки
И письма писала,
Из Якутии в отпуск ждала.
Вспоминала:
А все ли сыну сказала?
Во всем ли ему помогла?
...Скорбная,
С волосами белее белого,
На цыпочках ходит мать,
Как будто в углу стоит колыбель его
И сыну — пора спать.
Просыпалась ночами от тихого:
«Мама!»
Так он виделся ясно в тиши ей...
Дети — всегда маленькие.
Даже если уже большие.
Настольная лампочка еле светит,
Как будто ему помешает свет...
Дети — всегда дети.
Даже если их уже нет...











НАТАЛЬЯ ГРУДИНИНА




В ОТВЕТЕ

Беспечной не бываешь при детях.
Как трудно быть в ответе, в ответе
За каждое неточное слово,
Что с губ твоих сорваться готово...
Как будто перед зеркалом честным
В ответе быть за взгляды и жесты
И проверять любое движенье
По строгому его отраженью.
Денек бы отдышаться на воле
Без этого немого контроля,
Без детского пытливого взгляда,
Которому ты рада не рада...
Но нету ни тропинки, ни лаза
Туда, где нет детей остроглазых,
Повсюду ты у них на примете,
И вся ты повторяешься в детях. ..
И если где-то ступишь неверно,
И грех твой не замечен, не вызнан,
Он ляжет в их судьбу непременно,
Как мина с часовым механизмом.
И будешь ты повинна, повинна,
Что кто-то подорвется на минах,
И будешь ты в ответе, в ответе
За все, что будет криво на свете.












Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Яндекс.Метрика