Показаны сообщения с ярлыком Стихи о стариках. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Стихи о стариках. Показать все сообщения

Стихи о стариках.

СТАРИКИ


Почитай им стихи — авось
прикоснешься к эпохе минувшей,
пробиваясь сквозь годы,
сквозь
глухоту продираясь,
в уши,
как в игольное лезь ушко!
Глухота — это их защита:
то, что было,
и то, что ушло,
для того, что настало, — сито.
Потому — на все времена
(как медлительная улитка
выползающая)
припасена
архаическая улыбка.
Сквозь немую застылость ее,
сквозь всеведенье как пробиться?
Но в глазу дрожит острие
настороженного любопытства.
Жадно впитывают миг,
прикрываясь старческой дремой;
отфильтровывают мир
глухотой своей умудренной.
Ловят эхо своей весны?
Не устали еще от жажды
обжигающей новизны,
что вкусить успели однажды?
Молчаливым совам сродни,
не почета ища,
не отчета,
вроде все познали они,
а еще ожидают чего-то...


* * *

В таинственном мире живут старики.
Живут если чем и болея,
то удивленьем! Всему вопреки
взрастают цветы удивленья.
Творятся веселые вещи вокруг:
сама — не иначе! — горелка
на кухне зажжется... И тут же из рук
сама вылетает тарелка.
Кругом удивленья! Их миллион.
— Вы помните, как танцевали?
— Мы с вами? Простите, я удивлен!
Не помню. Не знаю. Едва ли.. .—
А ночью все спорят подвал и чердак —
и надо ж, хватает им пыла!
Подвал вопрошает: да было ли так?
Иль просто хотелось, чтоб было?
Но шлет, завывая, чердак свою весть,
не слыша кряхтений подвала.
И — что не случилось, то вроде бы есть. ..
Случившегося — не бывало. ..
И впрямь удивительно: с ней танцевал
и ссорился — как его? — с этим...
Но, впрочем, он все-таки был, карнавал.
Я только себя — не заметил...



АНДРЕИ ЛЯДОВ


ДОЛГОЖИТЕЛЬ


Седой поджарый горец в Пятигорске
кивнул мне, как знакомцу, со скамьи
и ссыпал алычу из смуглой горстки
в ладони неуклюжие мои.
У разговора не было начала,
старик его повел с конца, вразброс,
и спрашивал, как будто отвечал он
на мой как будто заданный вопрос.
— Ге-рон-то-логия?
Прекрасно. Расскажите.
Прочел статью. Пока что все же — мрак...
Но кто придумал слово «долгожитель»?-
Ругательство, я понимаю так.
Акцент имею, но по-русски все же
читаю, письма правнукам строчу...
Ну, что за слово? Ай, на что похоже?
Вы кушайте, берите алычу...
Ай-яй, что за словечко — «долгожитель»?
Как будто неисправный одолжитель,
не впору задержавшийся жилец,—
когда, мол, уберешься наконец?!
И вообще, я думаю, не надо
без толку много шуму подымать.
Женил я внука — вот мне и награда,
благодарю своих отца и мать.
А то спешат перекричать друг друга:
гляди, Мафусаил Кавказских гор!
Какое достиженье? В чем заслуга?
Не помер, слава богу, до сих пор!
Я понял, как он добр, как мудр и тонок,
как солнышком он весь насквозь прогрет,
и вдруг спросил чужим наивным тоном:
— А сколько вам, отец, коль не секрет? —
Он посмотрел на детское ведерко,
где мягко розовела алыча,
и как-то виновато, как-то горько
сказал:
— Я на год старше Ильича...—
Шли долгие минуты.
Мы молчали.
Журчала за деревьями вода.
Потом он — снова как бы отвечая —
вздохнул:
— Вот так. Несправедливо, да?..
Старик, старик!
Твои глаза прекрасны,
твоя рука суха и горяча...
Под старость улыбнуться так хоть раз бы!
И чтобы — солнце, листья, алыча...





АЛЕКСАНДР ШЕВЕЛЕВ



СТАРУХИ


Старухи глухи —
всем известно.
Старухи сказками
полны.
Они глядят на мир
отвесно,
как каменщики
со стены.
Они, наверно,
нагляделись
горизонтально
за века.
Как будто где-то
засиделись
и к нам пришли
издалека.



ИГОРЬ ОЗИМОВ


* * *

Дом-интернат для престарелых,
В ночном саду, в сугробах белых,
Со вздохом-стоном за дверьми
Укрывшихся от одиночеств,
От злых соседей, их пророчеств,
Или оставленных детьми.
Дом-интернат воспоминаний,
Дом невеселых ожиданий
По воскресеньям редких встреч,
Где всем — посильная работа,
Дом с личной кружкой для компота,
И все же не об этом речь.
Дом-интернат для всех скорбящих,
Болящих, по ночам не спящих,
Молящих: «Хоть бы ветер стих!»
Всех тех, чье горе не избудешь,—
Их нет, коль ты о них забудешь.
Они с тобой, коль помнишь их.



ВАСИЛИЙ СОКОЛОВ



СТАРУХА

Вышла из лесу к свежему стогу.
Рядом поле, за полем жилье.
Час плутала, искала дорогу,
А дорога искала ее.
Манит стог: «Притулись, отдохни-ка!»
Недосужно ей — к дому пора.
Рдеет горкой в кошелке брусника,
Словно яркие угли костра.
А в корзине рыжеют волнухи,
Грузди желто лоснятся, как мед.
«Посчастливилось нынче старухе»,—
Скажет встреченный в поле народ.
Посчастливилось!
Доброе слово,
Место в сердце нашлось бы ему,
Да живется старухе бедово
В неприютном сыновьем дому.
Внучки замужем. В городе внуки.
Ни один ей поклона не шлет.
Сын до лютости предан сивухе.
А невестка — не ложные слухи —
Тунеядкой старуху зовет.



ВОЛЬТ СУСЛОВ



НА ЗИМНЕЙ ДОРОЖКЕ


Снег валит и валит,
Метет и метет,
Но только утихнет немножко —
Старушка лопатою в парке гребет,
В снегу пробивает дорожку.
Снег кажется легким, покуда летит,
А ляжет — поди-ка попробуй
Тяжелой лопатою сдвинуть с пути
Заносы его и сугробы!
Копает старушка, тропинку торит
И слышит: «Бабуля, с дороги!» —
По чистой дорожке вприпрыжку летит
Вихрастый бегун длинноногий.
Всем, видимо, нравится этот маршрут
На лоне январской природы.
Одни от инфаркта куда-то бегут.
Другие по прихоти моды
Промчался.
Старушка копать норовит.
И снова: «Бабуля, в сторонку!» —
Теперь уже дама легонько трусит
За тем длинноногим вдогонку.
Старушка упряма. Лопатою снег
Кидает то влево, то вправо.
Ее обогнув, культивирует бег
Студентов шальная орава.
Бежит толстячок: от своей полноты
Желает избавиться вроде.
Дорожка— в кусты, и старушка — в кусты.
И сила уже на исходе.
Петляет дорожка среди белизны.
Все дальше, все дальше петляет..
По зимнему парку бегут бегуны.
Старушка дорожку копает.




НОННА СЛЕПАКОВА


Я жалею старух бестолковых,
Я их бережно к дому веду,
Плоскостопых и разночулковых,
На разлапом утином ходу.
Я прощаю им шаг неуклюжий,
Забыванье того и сего,
Медлю с ними пред каждою лужей,
«Перейдем,— говорю,— ничего!»
Доставляю им маленький праздник:
Торжествуя открыть предо мной
Золотую кубышку, запасник
Трепыханья эпохи иной.
А ведь как же они раздражали
По отдельности и сообща,
И какими я их виражами
Обегала, подолом плеща!
Наступает жалеющий возраст,
Словно платья изношена ткань
И щемящий, предчувственный воздух
Холодит через первую рвань.




НИКОЛАИ ЕВСТИФЕЕВ


БАБУШКА


Кто проснулся в доме раньше всех,
накормил семью, помыл посуду?
Бабушка! Ей отдохнуть не грех,
но дела и люди ждут повсюду.
Дома недоверчивый малыш
снова переспросит: «Неужели
на портрете это ты стоишь,
как солдат — с винтовкой и в шинели?
Маленькая, хрупкая на взгляд,
так откуда в ней такая сила?
Бабушка израненных солдат
под огнем из боя выносила.
Вечером придет с работы сын,
усмехнется: дескать, бодрость духа
он порой теряет без причин,
только ты — железная старуха...
Но бледнеет бабушка подчас,
если слышит, в очереди стоя:
«Молодым нигде уже от вас,
от пенсионеров, нет покоя!»
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Яндекс.Метрика